Скрыть
Раскрыть

Адрес редакции:
101000, Москва, Армянский пер., 4, стр. 2 

Е-mail:
psychology.hse@gmail.com

 


Организационная психология

ПОЗДРАВЛЕНИЯ

2020-09-22 00:00:00
Дорогие читатели! 

Сообщаем, что журнал с настоящего времени будет размещать поздравления авторам-юбилярам в свободном доступе на сайте журнала. Будем рады Вашим предложениям и откликам! 
--- 
Поздравляем Владимира Артуровича Штроо с 60-летием

В.А. Петровский,  д.п.н, профессор, главный редактор журнала, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ
У потрясающего Булата Окуджавы, поэта моей юности, зрелости и ... есть такие строчки: "... И только водитель троллейбуса головой не вертел: ведь должен хотя бы кто-нибудь все время смотреть вперед", - замечательная метафора для ведущего. Дорогой Владимир Артурович, Вы не только вперед смотрящий, Вы еще и ведущий людей за собой, видящий перспективу и подающий пример. Люди, которых вы поддерживаете, чувствуют себя сильнее. Наука, организация органически объединяются в Вас в организационную психологию. Больших успехов, вкладов в науку и – не забывать о себе!
Ваш Вадим Петровский.
Редакция журнала присоединяется к поздравлениям и желает крепкого здоровья, благополучия и дальнейших творческих успехов!













Представляем Вашему вниманию поздравления юбилярам, оформленные в необычных для нас форматах: биографические заметки к 70-летию М.М. Решетникова, "Надситуативное интервью" к 70-летию В.А. Петровского, поздравления от коллег с 60-летием Д.А. Леонтьева. Приглашаем присоединиться к поздравлениям вплоть до следующего юбилея!

--- 
Поздравляем Вадима Артуровича Петровского с 70-летием!

  "Надситуативное интервью" с В.А. Петровским



В.М. Аллахвердов, д.п.н., профессор, заведующий кафедрой, кафедра общей психологии, факультет психологии, СПбГУ
Не буду много хвалить. Ты и так про себя все знаешь. Ты, наверное, самый оригинальный мыслитель в отечественной психологии, порождающий не только волны искрометных идей, но и целое море человеческого обаяния, Возраст зависит только от нас. 70 лет - это пора настоящего мальчишества. Ведь почти все бренное уже позади, можно смело вперед. В академической статье о Любищеве как-то написали: "После выхода на пенсию началась самая плодотворная пора его творческой деятельности". Выходить на пенсию тебе рано, а вот начинать самый плодотворный период творчества - пора. Ведь так замечательно погружаться в еще неизведанное.
С дружеским пожеланием счастья и новых открытий!


А.Г. Асмолов, д.п.н., профессор, заведующий кафедрой, Кафедра психологии личности, Факультет психологии, МГУ им. М.В. Ломоносова
Вы когда-нибудь в жизни слышали высказывание человека над ситуацией? Вы когда-нибудь не в концепциях, идеях и теориях видели человека, который каждый день, каждый час, порой спокойно, а порой врасплох для самого себя выходит за собственные пределы? Вы когда-нибудь могли поверить, что та самая романтическая психология, о которой мечтал Александр Лурия и которую увидел в его работах Оливер Сакс, неожиданно примет облик романтической математической психологии? Я мог бы продолжать этот перечень вопросов, но всегда повторяю, что человек является мерой всех вещей, поскольку он сам по гамбургскому счету не имеет никакой меры, или, как сказал бы создатель многих концепций, теорий, экспериментов, стихов и песен Вадим Петровский, перешагивает пределы «постулата сообразности», предначертанности, любой гедонистической, прагматической и гомеостатической финальности. И это все о нем. О психологе, поэте, романтике, о человеке, для которого жить означает влюбляться, любить и действовать – о моем близком друге по жизни и по науке Вадиме Петровском. Вадим Петровский – порождение многого, и перечислить можно скорее то, что народил он сам, чем то, что его породило. Но не могу не упомянуть, что его породила Вторая математическая школа – уникальное явление в мире 60-х годов, из которой выходили в самом широком смысле слова «социальные бардисты», а не «социальные бомбисты». Мне повезло в жизни, что произошла встреча – встреча с Вадимом Петровским. Мне повезло в жизни, что эта встреча изменила мою жизнь, как и жизнь многих, с кем общался – причудливо, улыбчиво, увлеченно – Вадим Петровский. С кем бы он ни общался, он походя оставлял в нем в самом широком смысле этого слова свои «личностные вклады», о которых он столь много рассказывает в своей концепции персонализации. В чем Вадим оставался верен себе? Он оставался верен себе в том, что, написав в 1975 году исследование активности субъекта в условиях риска, все время ставил эксперименты над собой, выходя за пределы ситуации, все время жил, воплощая идеологию избыточности и надситуативности. Именно поэтому он перемахивал через границы разных наук, именно поэтому ему было изначально тесно в области как психологии, так и психологии личности. Именно поэтому он перешагнул границы психологии, махнув за эти границы и оказавшись в полях математической психологии, персонологии, психологии субъектности, когито-алгебры… Я мог бы перечислять и перечислять. Не побоюсь этого слова, он даже оказался в полях, где, обняв Эрика Берна, начал заниматься практикой транзактного анализа. И, что бы он ни делал – математические модели в своей диссертации или практика транзактного анализа – он всегда делал так, что оказывался неожидан, непредсказуем, непредвосхищаем для тех, кто пришел его видеть и слушать. Непредсказуемость – это дар, которым владеет Вадим Петровский. И он безгранично интересен для тех, кто рядом с ним, и даже для тех, кто находится далеко, но имеет шанс так или иначе встретиться с ним в жизни. Это прежде всего связано с тем, что Вадим обладает особым внутренним слухом – слухом личностных смыслов общающихся с ним людей. Скажи мне, с кем ты споришь, и я скажу тебе, кто ты. С кем только ни спорил в своих исследованиях, теориях и экспериментах Вадим Петровский. Он спорил с Маслоу и Лефевром, он спорил с Франклом и с самыми мудрыми математиками, спорил с поэтами и философами, и в этих спорах рождались уникальные миры Вадима Петровского, в которые когда заходишь, в них хочется жить. И если Лев Семенович Выготский, как и учитель Вадима Патровского Алексей Николаевич Леонтьев, занимались больше вектором интериоризации, вектором, в контексте которого миры культуры становятся мирами личности, то Вадим Петровский скорее занимается вектором поэтической, романтической экстериоризации, он «размножается смысловыми мирами» вокруг себя. Когда-то вместе с ним мы написали работу «О динамическом подходе в психологии деятельности», которая спустя полвека помогла построить мост между исследованиями по психологии личности московской и петербургской психологических школ. Созданная когда-то Вадимом Петровским вместе с Б.В. Зейгарник, Л.С. Цветковой, А.У. Харашем, Б.С. Братусем, Е.В. Субботским и мной психология смысловых образований личности до сих пор является каркасом для построения различных перспектив персонологии, которой в буквальном смысле слова одержим Вадим Артурович Петровский. Вадим Петровский – человек, который никогда не устает иронизировать над самим собой, а тем самым – быть надситуативным и находящимся в таких потоках развития, которым позавидует любая позитивная психология потока. И что главное? Главное – это наше счастье, что он с нами, и начав о нем говорить, ты всегда оставишь других собеседников в состоянии прерванного действия. Точно так же и я никогда не могу наговориться и надуматься вместе с моим другом, моим братом, моим любимым человеком, с человеком, которого я считаю, пожалуй, первым среди психологов моего поколения в нашей стране, первым персонологом, первым экспериментатором и первым, кому оказалось под силу рождение романтической математической психологии о мирах человека. Первым и, пожалуй, единственным потому, что в нем поразительным образом уживаются теоретик, экспериментатор, педагог и психолог-консультант.


Заведующий, профессора, доценты, научные сотрудники, преподаватели, лаборанты, аспиранты, магистранты, студенты кафедры общей психологии МГУ им. Ломоносова
Дорогой Вадим Артурович!
Сотрудники кафедры общей психологии факльтета психологии МГУ горячо поздравляют Вас с юбилеем! Кафедра гордится своими славными воспитанниками, среди которых Вы занимаете особое и почетное место. Мы желаем Вам здоровья, творческой надситуативной активности, успехов  радостей в науке, преподавании, прктики жизни!



Т.В. Корнилова, д.п.н., профессор, кафедра общей психологии, факультет психологии, МГУ им. Ломоносова
Дорогой Вадим Артурович! 

Вот слова Другим о Вас в связи с юбилеем:
Его путь — всегда Над…
Его Логос и Страсть так едины, что никогда не знаешь, где Рациональность, где Риск…
Его Восхождение неповторимо. Остается любоваться и любоваться,
и ждать новых свершений, не зная, где эти границы (совершенств и жизней).
 

В.Т. Кудрявцев, д.п.н., профессор, МГППУ

Однажды юноша весьма нежного возраста, почти ребенок задался удивительным, совсем не детским вопросом. Он смотрел на горную вершину и размышлял: в чем моя свобода (воля, по определению, свободная)? В том, чтобы, преодолев страх (при отсутствии элементарных альпинистских навыков), сделать попытку и взобраться? Или все-таки обуздать в себе стремление подняться к манящей высоте. Заметьте: вопрос состоял не в том, что сильнее – страх или стремление покорить вершину? А - в чем свобода? Иной раз «героизма» для того, чтобы остаться внизу, нужно не меньше, чем для того, чтобы карабкаться по горным откосам. Такова природа человека.
Юношу, который, по сути, поставил «центральную проблему психологии» (Л.С. Выготский, в «Записных книжках»), звали Вадим Петровский. 
Сегодня профессор Вадим Артурович Петровский, выдающийся психолог и непревзойденный парадоксалист в психологии, мой добрый друг отмечает свое 70-летие.
А вершина - не гора. И, уж тем более, не "потолок" твоих возможностей. Сейчас принято просчитывать риски. В определенных границах это необходимо и "работает". В сфере безопасности, к примеру. Эти риски буквально "написаны" на пограничных столбах и заборах. Но даже предостережения, указывающие на эти риски, не всегда останавливают человека. "Осторожно! Злая собака!". А вдруг - добрая?Да и бывает, за забором никакой собаки вовсе нет. Так повесили, для отрастки.
Но В.А. Петровский смолоду изучает не те риски, которые прячутся "за забором". Его всегда интерсеовал самый главный риск - риск смещения границы и его мотив, бескорыстный, вне привязки к утилитарному интересу. И это уже не пециально-психологическая, а фундаментальная теоретико-антропологическая проблема. Ее анализ позволяет ответить сразу на два вопроса: а отом, зачем нужна граница, и, какие возможности человеческого действия открываются, когда ее смещают.
Был такой эксперимент. Взрослый (психолог) перегораживал комнату стульями. На одной стороне дети-дошкольники могут катать мячик, как хотят, но при одном условии: он не должен закатиться на другую. И вот отдельные малыши, то "случайно упускают" мячик за черту, то "не нарочно", задевают и сдвигают стулья на "запретную" террриторию. Тут игра. Дети ничего не узнают о границе, которая просто игровая условность. Но зато сами изобретают некоторые хитроумные приемы действия на "грани". Хотя как "не узнают" о границе? Закатившийся мячик - уже сам по себе сдвинутая ребенком граница, притом что все стулья - на месте. Просто стулья? условная социальная норма в виде ряда стульев. Просто укатившийся мячик? Эксперимент с нормой и ... со своей свободой в отношении нее. Тут, как с горой, - легче попробовать или удержать себя от пробы? Пробы возможностей.
Именно это - проба, эксперимент с собственными возможностями мотивирует, по В.А. Петровскому, на риск. Не на тот, что можно наперед просчитать. С исходом, который непредрешаем. Как любые феномены личности, которой посвящены замечательные книги и статьи Вадима Артуровича. Ну, а личность, пробуя, экспериментируя, рискуя, продлевает себя в своих отражениях - зеркальных и зазеркальных ("отраженная субъектность", по В.А. Петроскому). Только зеркала - всегда живые, да и в зазеркальях кипит жизнь. Которая, в свою очередь, длит себя в отражаемой личности. Попробуйте поймать личность - она одновременно перед зеркалом, в нем и за... Ловец личности В.А. Петровский сродни ловцу редчайшей жемчужины. Сложную конструкцию Вадима Петровского можно проиллюстрировать на простом примере, который он сам приводит. 
Вадим пишет, что улыбка - это своего рода возвращенный дар. Поначалу маленький ребенок «улыбается» непроизвольно, можно сказать, «самопроизвольно». Но взрослый прочитывает в «моторике мелких мышц лица» малыша экспрессию - улыбку и как бы подхватывает ее, улыбаясь в ответ. Улыбка возвращается малышу. И позже становится пропуском в его внутренний мир, который он выдает другим людям. С разными степенями доступа. Иногда - разовым, иногда - постоянным. И человек улыбается большому миру улыбкой разных людей, которые сошлись в его собственной. 
В том числе, улыбками тех, кого уже нет рядом, но продолжают улыбаться твоей. Вадим Петровский однажды прекрасно написал о своем отце и учителе Артуре Владимировиче Петровском: он не только живет, но и молодеет во мне... Молодеет и, конечно, улыбается улыбкой молодости.

Долгой и доброй молодой улыбки тебе, Друг!
А вершины, которые можешь осилить только ты, – всегда в тебе.


Е.Б. Станковская, к.п.н., доцент, Центр фундаментальной и консультативной персонологии, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ
Вадим Артурович – человек, ежедневно подтверждающий собой созданную им теорию отражённой субъектности. Диву даёшься, как ему удаётся становиться деятельным присутствием для тысяч людей. И раз за разом обогащаешься его неотразимостью: мудростью поддерживать окружающих, содействовать росту своих студентов, клиентов, коллег и друзей; новизной его научных идей, масштабом и смелостью реализованных им исследований; точностью и оригинальностью его речи. С юбилеем! Присутствие Вадима Артуровича Петровского – большой подарок для всех нас!


Е.Б. Старовойтенко, д.п.н, профессор, руководитель центра, Центр фундаментальной и консультативной персонологии, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ
У талантливого психолога есть уникальная возможность раскрыть на языке теории, феноменологии и практики те человеческие силы, которые получили у него критическое развитие и выражение. Идеи, концепции, модели, созданные Вадимом Артуровичем Петровским – это научно значимая репрезентация психологических потенциалов, которые он высоко ценит у других людей и открыл у самого себя. Неадаптивная активность человека, стремление к «испытанию реальности» и риску, способность выйти за пределы наличной ситуации, отраженная субъектность и претворенность во внутреннем мире другого человека, «единомножие» Я в разнообразии его форм и самореализации, активная мысль, ищущая собственные ритмы и «порядки» в познании и самопознании человека – вот далеко не полный перечень исследовательских интересов и открытий Вадима Артуровича. Поздравляю своего дорого коллегу, спутника в поиске знания и незнания, ученого и поэта, замечательного Учителя и психотерапевта, неистощимый творческий «дух» Центра фундаментальной и консультативной персонологии с Юбилеем!



М.В. Фаликман, 
д.п.н., профессор, руководитель департамента, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ
Так сложилось, что этим летом ко мне неформально обратились знакомые студенты, которым нужно было помочь разобраться с несколькими спорными вопросами из выпускного теста. В частности, один из вопросов касался понятия надситуативной активности, коему были сопоставлены 4 варианта описания, среди которых нужно было выбрать правильное. Ни я, ни весьма начитанные студенты с этой задачей не справились: вроде бы в каждом варианте ответа было что-то верное, но не исчерпывающее. Единственный вывод, к которому мы сообща пришли, состоял в том, что не укладывается понятие надситуативной активности в рамки теста – точно так же, как автор этого понятия, Вадим Артурович Петровский, никак не помещается в рамки формального поздравления с юбилеем. Это человек, выходящий за пределы – в мысли, в творчестве, в науке. Ему соразмерны вершины теоретической психологии, начиная от психофизической проблемы и заканчивая сложнейшим понятием индивидуальности, и просторы психологической практики, отнюдь не ограниченные транзактным анализом, которому он успешно обучает младших коллег. Для него фундаментальная и консультативная психология идут рука об руку, не существуют друг без друга – и эту его позицию можно назвать не только научной, но и гражданской, поскольку она направлена прежде всего на то, чтобы удержать высокую планку психологической помощи в России.


В.Д. Шадриков, д.п.н., профессор, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ

Говорят, что юмор – признак таланта. Вадим Артурович наделен этим качеством в полной мере. С ним приятно общаться, он излучает доброжелательность, стремление понять собеседника. Его характеристики – искрометны. Личностные качества помогают Вадиму Артуровичу проникнуть в сущность души человека или, по научному, внести вклад в разработку мультисубъектной теории личности, активно вести консультативную работу. Желаю дальнейших творческих успехов!  


И.М. Шмелев, к.п.н., старший преподаватель, Центр фундаментальной и консультативной персонологии, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ
Вряд ли в России найдется психолог, который не знал бы Имя – Вадим Артурович Петровский. Вадим Артурович – это Гегель в современной психологии. Он также как и известный философ создал свою уникальную и хорошо узнаваемую теорию – мультисубъектная теория личности. Если начать перечислять список его научных достижений, то можно издать книгу. Если начать перечислять подготовленных в НИУ ВШЭ и совместно с женой М.В. Бороденко психологов-практиков в области транзактного анализа, то мы увидим сотни профессионалов, в работе которых прослеживается хорошо узнаваемый почерк подготовивших их мастеров. Вадим Артурович говорил о своем отце Артуре Владимировиче так: «Многовершинная личность». Эту характеристику можно смело отнести и к самому автору высказывания.
Петровский – выдающийся ученый.
Петровский – верный друг.
Петровский – коллега.
Петровский – психотерапевт.
Петровский – любящий муж и отец своих прекрасных дочерей.
Петровский – талантливый поэт.
Петровский – мастер юмора.
Петровский – гений, который сильно опережает время.
Этот список можно продолжать. Правда, иногда хочется сказать: «Вадим Артурович, пожалуйста, замедлитесь в работе, потому что ваше замедление – это быстрый бег научного знания. Вы слишком неадаптивно выходите за пределы научной ситуации 
развития». С Юбилеем!







--- 

Поздравляем Михаила Михайловича Решетникова с 70-летием!
 Биографические заметки к 70-летию М.М. Решетникова




---
Поздравляем Дмитрия Алексеевича Леонтьева с 60-летием!


М.В. Фаликман, д.п.н., профессор, руководитель департамента, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ

«Я потерял свою неординарность», – так, в жанре привычных для него «однопсиший», высказался профессор Леонтьев по случаю присвоения ему статуса ординарного профессора Высшей школы экономики. Как бы не так. Это один из наиболее заметных и оригинальных в современной психологии мыслителей в области психологии смысла и жизнестойкости, счастья и хаоса, тревоги и творчества. Человек, высказывания которого запоминаются вне зависимости от того, где были сделаны: на международном конгрессе или на радио, в научном журнале или в социальных сетях. Ключевая для него проблема сейчас – проблема самодетерминации личности, которая находит преломление в понятии жизнетворчества, в свою очередь, воплощаемого в программах фасилитации раскрытия личностного потенциала. Наверное, это лучшее, что может случиться с теоретиком – видеть, как созданные им миры становятся частью реальности, и иметь возможность принимать в этом самое непосредственное участие.  

 

В.Д. Шадриков, д.п.н., профессор, Департамент психологии, Факультет социальных наук, НИУ ВШЭ

Одну из самых серьезных попыток преодоления методологического кризиса в современной психологии предпринял Д.А. Леонтьев в своей книге «Психология смысла». Его идеи применимы широкому классу теоретических и прикладных исследований. Так, например, в настоящее время я обращаюсь к работам Жозефа Нюттена и Дмитрия Алексеевича при разработке концептуальной модели понимания.  

 

А.Г. Асмолов, д.п.н, профессор, заведующий кафедрой, Кафедра психологии личности, Факультет психологии, МГУ им М.В. Ломоносова 

Я часто повторяю слова о том, что жизненный путь личности – это история отклоненных и сотканных альтернатив. Это высказывание в полной мере относится к человеку, без которого я не мыслю свою профессиональную жизнь – Дмитрию Леонтьеву. Мои слова – это не юбилейные красоты. Они связаны прежде всего с тем, что я отслеживаю развитие Д.А. Леонтьева с его семилетнего возраста. И могу сказать, что на самых разных этапах этого развития Дмитрий Алексеевич выступает как яркое проявление разрабатываемой им концепции личностного потенциала как своеобразного кода непредсказуемости человека в сложных неравновесных системах. Первые исследования Дмитрия Алексеевича, когда он был студентом, были посвящены самым разным аспектам роли намерений и их диагностике в различных ситуациях. Шаг за шагом его работы приближались к проблематике, которую он развивает уже многие годы и которая стала темой его докторской диссертации. Эта докторская диссертация, если лаконично передавать ее смысловой стержень, посвящена, не побоюсь тавтологии, психологии смысла. Она продолжает целый ряд парадигм, которые развивали А.Н. Леонтьев, введший понятие «личностный смысл», а также походов к диагностики личностного смысла, которые разрабатывались в психолингвистике и психологии общения А.А. Леонтьевым. Но, разрабатывая психологию смысла, а также выходя на уникальную систему особой предикативной диагностики личности, Д.А. Леонтьев решает еще одну тяжелейшую для его развития задачу. Иногда говорят, что трудно быть сыном одаренного отца, но его ситуация еще более сложна: он сын сверходаренного отца и внук сверхсверходаренного деда. Поэтому, когда на него смотрят, думают: а что, это повторение? Я всегда говорю, что мы любим подобное в подобном. Но развитие Дмитрия Алексеевича как профессионала – это прежде всего бесподобное. Дело заключается в том, что Д.А. Леонтьев творчески неповторим, по продуктивности и неожиданности предлагаемых им гипотез он не только вполне конкурирует с А.Н. Леонтьевым и даже А.Р. Лурией, но идет с ними нога в ногу по богатству идей, опирающихся на идеологию неравновесных систем Ильи Пригожина, идей, развивающих представления позитивной психологии, психологии потока, самодетерминации личности как воплощения постнеклассического подхода к пониманию личности. Здесь я могу сделать паузу, чтобы оставить читателя в состоянии прерванного действия. Однако сделаю еще один важный акцент: каждый психолог, когда он занимается и теорией, и экспериментом, явно или неявно мечтает, чтобы его идеи изменили мир. Это относится и к Дмитрию Леонтьеву. Последние годы он разрабатывает совместно со Сбербанком масштабнейший проект «Программа развития личностного потенциала»: методология, эксперимент и практика сходятся в его жизненном пути. Но что главное? Когда говоришь о Леонтьеве, вспоминаешь понятие психологического возраста, который может выступать как ретроспективный или проспективный – все зависит от ретроспективной или проспективной направленности мотивации личности. Когда-то Дмитрий Леонтьев написал предисловие к книге Жозефа Нюттена и назвал это предисловие «Человек перспективы». Думаю, что явно или неявно это название передает личностный смысл творчества Дмитрия Леонтьева. Дмитрий Леонтьев – это человек перспективы вчера, перспективы сегодня и перспективы завтра. Пользуюсь случаем, чтобы признаться в любви Дмитрию Алексеевичу, которого считаю своим младшим братом и родством с которым – идейным и личностным – горжусь. И могу сказать, что, общаясь с Дмитрием Леонтьевым, я испытываю пиковое переживание счастья.



Редакция журнала присоединяется к поздравлениям и желает глубокоуважаемому Дмитрию Алексеевичу доброго здоровья, благополучия и дальнейших творческих успехов!

Однажды юноша весьма нежного возраста, почти ребенок задался удивительным, совсем не детским вопросом. Он смотрел на горную вершину и размышлял: в чем моя свобода (воля, по определению, свободная)? В том, чтобы, преодолев страх (при отсутствии элементарных альпинистских навыков), сделать попытку и взобраться? Или все-таки обуздать в себе стремление подняться к манящей высоте. Заметьте: вопрос состоял не в том, что сильнее – страх или стремление покорить вершину? А - в чем свобода? Иной раз «героизма» для того, чтобы остаться внизу, нужно не меньше, чем для того, чтобы карабкаться по горным откосам. Такова природа человека.

Юношу, который, по сути, поставил «центральную проблему психологии» (Л.С. Выготский, в «Записных книжках»), звали Вадим Петровский.

Сегодня профессор Вадим Артурович Петровский, выдающийся психолог и непревзойденный парадоксалист в психологии, мой добрый друг отмечает свое 70-летие.

А вершина – не гора. И, уж тем более, не «потолок» твоих возможностей. Сейчас принято просчитывать риски. В определенных границах это необходимо и «работает». В сфере безопасности, к примеру. Эти риски буквально «написаны» на пограничных столбах и заборах. Но даже предостережения, указывающие на эти риски, не всегда останавливают человека. «Осторожно! Злая собака!». А вдруг – добрая? Да и бывает,за забором никакой собаки вовсе нет. Так повесили, для острастки.

Но В.А. Петровский смолоду изучает не те риски, которые прячутся за «забором». Его всегда интересовал самый главный риск – риск смещения границы и его мотив, бескорыстный, вне привязки к утилитарному интересу. И это уже не специально-психологическая, а фундаментальная теоретико-антропологическая проблема. Ее анализ позволяет ответить сразу на два вопроса: о том, зачем нужна граница, и, какие возможности человеческого действия открываются, когда ее смещают.

Был такой эксперимент. Взрослый (психолог) перегораживал комнату стульями. На одной стороне дети-дошкольники могут катать мячик, как хотят, но при одном условии: он не должен закатиться на другую. И вот отдельные малыши, то «случайно упускают» мячик за черту, то «не нарочно» задевают и сдвигают стулья на «запретную» территорию. Тут игра. Дети ничего не узнают о границе, которая просто игровая условность. Но зато сами изобретают некоторые хитроумные приемы действия на «грани». Хотя как «не узнают» о границе? Закатившийся мячик – уже сам по себе сдвинутая ребенком граница, притом что все стулья - на месте. Просто стулья? Условная социальная норма в виде ряда стульев. Просто укатившийся мячик? Эксперимент с нормой и… со своей свободой в отношении нее. Тут, как с горой, – легче попробовать или удержать себя от пробы? Пробы возможностей.

Именно это – проба, эксперимент с собственными возможностями мотивирует, по В.А. Петровскому, на риск. Не на тот, что можно наперед просчитать. С исходом, который непредрешаем.Как любые феномены личности, которой посвящены замечательные книги и статьи Вадима Артуровича.

Ну, а личность, пробуя, экспериментируя, рискуя, продлевает себя в своих отражениях – зеркальных и зазеркальных («отраженная субъектность», по В.А. Петровскому). Только зеркала – всегда живые, да и в зазеркальях кипит жизнь. Которая, в свою очередь, длит себя в отражаемой личности. Попробуйте поймать личность – она одновременно перед зеркалом, в нем и за… Ловец личности В.А. Петровский сродни ловцу редчайшей жемчужины.

Сложную конструкцию Вадима Петровского можно проиллюстрировать на простом примере, который он сам приводит.

Вадим пишет, что улыбка - это своего рода возвращенный дар. Поначалу маленький ребенок «улыбается» непроизвольно, можно сказать, «самопроизвольно». Но взрослый прочитывает в «моторике мелких мышц лица» малыша экспрессию - улыбку и как бы подхватывает ее, улыбаясь в ответ. Улыбка возвращается малышу. И позже становится пропуском в его внутренний мир, который он выдает другим людям. С разными степенями доступа. Иногда - разовым, иногда - постоянным. И человек улыбается большому миру улыбкой разных людей, которые сошлись в его собственной.

В том числе, улыбками тех, кого уже нет рядом, но продолжают улыбаться твоей. Вадим Петровский однажды прекрасно написал о своем отце и учителе Артуре Владимировиче Петровском: он не только живет, но и молодеет во мне... Молодеет и, конечно, улыбается улыбкой молодости.


Долгой и доброй молодой улыбки тебе, Друг!

А вершины, которые можешь осилить только ты, – всегда в тебе.

 
 
Rambler's Top100 rss