Статья посвящена анализу современной благотворительности как формы солидарности россиян. Благотворительность рассматривается как деятельность, обладающая специфической мотивацией (положительной и отрицательной), целями и набором стереотипных действий. Исследуется влияние межличностных отношений (эмпатии, симпатии, социофобий), тревожных ожиданий и медиа-предпочтений на благотворительные установки (интериоризированные действия). Теоретической основой послужили современные модели и результаты предыдущих наших исследований солидарности в период пандемии, показавшие, что эмпатия не является ведущим предиктором просоциального поведения, а значимую роль играют мотивация и экзистенциальные страхи. Гипотезы проверялись на выборке из 181 респондента (январь 2024 — май 2025). Опросник был разработан на основе полевых исследований (включенное наблюдение, экспертные интервью, анализ документов) и включал шкалы когнитивной и аффективной эмпатии (QCAE, адаптация Белоусовой и Гейвандовой, 2021), семантический дифференциал Ч. Осгуда для измерения симпатии, шкалы положительной и отрицательной мотивации, а также показатели тревожных ожиданий и медиапредпочтений. Анализ данных проводился методом структурного моделирования. Результаты исследования показали, что благотворительная активность в большей степени определяется положительной мотивацией, чем межличностными отношениями. Симпатия оказалась не связана с опытом благотворительности, однако эмпатия может усиливать отдельные виды помощи в отношении конкретных групп нуждающихся. Тревожные ожидания связаны прежде всего с отрицательной мотивацией. Из всех типов медиа только пресса обладает устойчивой положительной связью с благотворительностью и положительными мотивами, что может быть обусловлено авторитетом печатного слова в культуре России. Результаты исследования позволяют разработать рекомендации для медиа, благотворительных организаций, образовательных учреждений разного уровня.